Моя сказка (жестокость и насилие в семье)

9 Сен | Автор: | Комментариев нет »

Все было, как в сказке. Мы и познакомились с моим Сережкой на спектакле, где я играла Дюймовочку, а он – Лягуша противного, который хотел жениться. После спектакля Сережка подошел ко мне и сказал: «Ленк, а я правда хочу на тебе жениться..». Я чуть в обморок не упала от такого признания в любви. Нам же всем обещаний каких-то хочется, там, цветов, признаний, а этот прямо в лоб – жениться он хочет, смех да и только.Моя сказка (жестокость и насилие в семье)

Я и смеялась до тех пор, пока родители не сказали, что за меня калым Насыр заплатил, что свадьба наша будет, как я школу закончу. Да, я совсем забыла сказать, что сама я из мусульманской семьи, но родители все говорили, что современные мусульмане понимают искусство, что женщина – не рабыня, а человек. Видно они это говорили, потому что так было выгодно, а когда Таджикистан отделился от России, когда все непорядки начались, мы сразу уехали на север, в Красновишерск, где когда-то родители моей мамы жили.

Наша семья уехала не одна, многие тогда бежали обратно в Россию, чтобы просто живыми остаться. Так и получилось, что из нашего городка вместе на Урале оказались две семьи – наша и семья Насыра, моего одноклассника. Он после 8-го класса ушел из школы, стал учиться в колледже и работать. К нам их семья просто в гости приходила, дружили родители или нет – не знаю, но с Насыром мы только здоровались.

Я в упрямство кинулась – отказываюсь, а меня сначала мама все уговаривала, потом плакать начала, чтобы я согласилась выйти за Насыра, мол, отец так решил… Не понимала я, почему мама так боится папе сказать, что я люблю другого парня, и за Насыра ни за что не выйду.

Неожиданная жестокость и насилие в семье

Когда пришел папа, мне стало страшно. У него был такой вид, что просто ужас какой-то. Глаза тяжелые, как камни, взгляд сухой и жесткий, на руках все жилы вздулись. Он ко мне в комнату зашел, и дверь за собой на замок закрыл. Тут я даже вздрогнула, никогда такого не бывало, чтоб отец так поступал. Он ко мне подошел: «Так, говоришь, другого любишь? А ты – кто? Ты – женщина и будешь любить кого я скажу. Скажу Насыра любить – будешь его любить. Скажу меня любить, будешь и меня любить. Ты – не человек, ты – овца, захочу – остригу, захочу – изнасилую, захочу – убью, ты же никто, все таджички – никто, а ты – таджичка».

Это говорил мой папа, папочка, которого я целовала на ночь и говорила ему «спокойной ночи, любимый папочка» — это мой отец?!!! Дикость какая-то, мы же не в степи живем, в городе, здесь есть нормальные люди – это все я кричала ему в лицо, пока он не начал меня бить. Не руками, плеткой, как бьют лошадь или овцу, когда она не слушается хозяина. Он бил меня, пока ему не надоело, а потом вытащил за волосы и сбросил, как мешок, в подпол нашего дома.

В подполе я провела много времени, много дней и ночей, разницу между ними я узнавала по тому, когда приходил отец меня бить. Больше он со мной не разговаривал, просто бил, и просто приносил в ведре еду, как лошади, баланду, мешанину хлеба и воды с очистками от картошки. Маму я не видела ни разу, даже не слышала ее голоса. Только отец и плетка. Потом отец привел Насыра и сказал: «Она тебе такая нужна? Если нужна, то я ее еще поучу, если нет, то калым я верну, а ее убью, все равно толку от нее нет. Тут и закопаю». Отец сорвал с меня лохмотья одежды, и давай вертеть меня, как вещь, перед Насыром, чтоб тот посмотрел на меня. «Чтож ты дядя Касым так ей кожу портишь? Бей полегче, как я с уродиной жить стану?». Отец и говорит: «А ты ее по хозяйству пусти, а возьмешь потом красивую жену, эту как хочешь, так и бери. Бестолковая она…»

И опять начались пустые дни и ночи с плеткой. Я стала тупая, вялая, желание было только одно – «убил бы быстрей!». А потом все закончилось….

Сережа ходил за моей мамой постоянно, уговаривал, следил за ней, подсматривал за домом и отцом, и все же догадался, где меня прячут. Он ни на секунду не поверил, что я «уехала в другой город», и потому искал меня, в щелки подглядывал. Родители мои совсем между собой не разговаривали, но мама, когда отец уходил на работу, садилась на коврик в спальне и гладила его руками, плакала и гладила, молча, не произнося ни звука.

Мама была в огороде, когда Сережа с друзьями выломал крышку погреба. Он спрыгнул ко мне, а я его не видела совсем, подумала, что сейчас опять отец будет бить….А это был Сережа, мой любимый, моя сказка наяву…

Я уже никогда не буду хорошо видеть, и мои волосы никогда не будут черными – пока была в подвале волосы стали седыми, глаза ослепли, но я не стала дурой, я могла думать и чувствовать…Моя сказка длится уже десять лет, а врачи сказали, что зрение можно вернуть – это только действие стресса. Я беременна нашим первым ребенком, и немного отличаю, где свет, а где – совсем темно. Наш дом я знаю наизусть, все по дому делаю сама, даже картошку научилась чистить и газ поджигать. Я – счастлива, у меня есть мой дом и мой Сережа. А отец – Бог ему судья, люди его уже осудили.

Здесь вы можете написать комментарий к записи "Моя сказка (жестокость и насилие в семье)"

* Текст комментария
* Обязательные для заполнения поля